Елена левенталь


ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ - Елена Левенталь

 

Богатство психики циклотимика, многообразие его увлечений приводят к удивительному разбросу в выборе профессий, жизненного пути и выбору самых немыслимых социальных ролей.

Деятельность. Место в иерархии. В любых иерархических построениях циклотимик занимает достойное место. Он способен постоять за себя. Он хорошо понимает свои достоинства, свои слабые стороны и способен обсудить их с другими людьми.

Для циклотимика предпочтительны профессии, которые предполагают занятие активной позиции, самостоятельное принятие решений и меняющийся стереотип. И, конечно, ему не подходят профессии с регламентированным распорядком.

Бизнесмен, менеджер. В любой деятельности он проявляет удивительные организаторские способности. Циклотимик — энергичный практик, созданный для руководства людьми. С ним легко и светло. Он прекрасный босс, любимый и уважаемый подчиненными.

Его мозг четко отражает мир человеческих отношений с его невидимой борьбой за власть и за удержание ранга. Свободный от идеализации циклотимик прекрасно отслеживает скрытые мотивации поведения людей, сохраняя при этом доброжелательность и чувство юмора.

У него нормальные отношения с начальством, подчиненными и коллегами. Он не тщеславен, стремится всем помочь, ориентирован на цель, получает удовольствие от деятельности.

Его мощный социальный интеллект является тем лоцманом, который помогает ему лавировать среди жизненных подводных течений и камней, выбирая правильный путь в мире деловых взаимоотношений.

Бизнес–партнер. Ведение бизнеса, особенно его начало, напоминает выезд машины на скоростное шоссе. Необходимо быстро и точно оценить ситуацию, меру риска и опасности, преодолеть неуверенность и ворваться в поток стремительно несущихся машин.

Циклотимик бесценен при организации нового бизнеса и его расширении. Его удивительное тестирование реальности позволяет увидеть явление во всем многообразии.

Он словно рожден для бизнеса с его высокой поисковой активностью, инициативностью, драгоценными навыками принятия решений и решения проблем, его талантом управления и руководства.

Да и работать с ним одно удовольствие. Его отличают смех, светлый юмор, внимание к окружающим. Циклотимик не предаст и не подставит.

Однако при ведении совместного бизнеса необходимо помнить о тенденции циклотимика переоценивать ситуацию. При ее оценке он может проявлять бесконечную веру в свои силы, преуменьшать опасность и давать завышенный положительный прогноз.

Он не знает страха и бросается в водоворот событий, часто не рассчитав свои силы, не просчитав ходов, не оглянувшись назад, бесконечно доверяя своим силам и Духу. Он легко идет на риск.

Он может проявлять беспечность к деталям и мелочам. Он великолепный разработчик, а не исполнитель.

Его партнеры по бизнесу должны постоянно контролировать расходы и вложения капитала. Циклотимик — верный товарищ и не украдет ни копейки, но может разбазарить деньги.

Доброжелатель. В светлом мире циклотимических характеров мы натолкнемся на людей болтливых, веселых, доброжелательных и открытых. Они мгновенно вникнут в наши проблемы, удивят нас глубиной сопереживания, постараются помочь и помогут нам в первую очередь своим удивительным отношением к жизни.

Дар позитивного самопрограммирования помогает им даже в нежелательных жизненных явлениях подмечать положительные стороны.

Мудрец. К циклотимикам относятся мудрецы, взирающие на мир с доброжелательством, такие как Вольтер. Они видят людей насквозь, подмечают все их слабости и несовершенства, но это не озлобляет их, не делает циничными, а вызывает спокойную улыбку и веру в силу человеческого духа и разума.

Энергичные практики. Это тип, который «сочетает свежесть, подвижность, живость с трудолюбием и трезвостью. Энергичные практики — люди с отзывчивым сердцем, которые для всех могут быть полезны.

Они сидят во всех комитетах, постоянно перегружены работой и все делают весьма охотно. Работают они неутомимо, берутся за разнообразную новую работу и склонны к конкретной практической деятельности: медицине, политике, социальному обеспечению.

Они все делают толково, отличаются ловкостью, умеют ладить, но действуют решительно, высказывают определенное мнение, всегда веселы; некоторые из них честолюбивы, уверенны, довольны, держатся с сознанием собственного достоинства, знают себе цену, обращают внимание не столько на чины и отличия, сколько на освежающую деятельность. Эксцентричность и идеалистические порывы они не ценят»().

Роковая синусоида. Люди циклотимического характера часто поражают окружающих своей неиссякаемой работоспособностью. Никому не приходит в голову, что причиной этого блеска является легкое отклонение от нормы, а именно — уход в гипоманию.

Примером таких гипоманиакальных личностей является Оноре де Бальзак, отличавшийся феноменальной работоспособностью, позволившей ему к 40 годам написать 100 томов.

По–видимому, большую часть своей жизни Бальзак провел в гипоманиакальном состоянии, особенностью которого является удачная имитация здоровья за счет всегда приподнятого настроения и высокой работоспособности.

И действительно, постоянные улыбки, словоохотливость, доброжелательность, способность работать по 18–20 часов в сутки, удивительное снижение потребности во сне, повышенная сексуальность — разве легко за этими чертами гипомании распознать болезнь?

Лишь изредка гипомания сменялась снижением интереса к жизни, общению, сексу, а главное, уменьшением работоспособности. Бальзак стремился подхлестывать себя огромными количествами кофеина, но и эта мера в периоды депрессий не давала обычного результата.

Спонтанно Бальзак вновь выныривал на поверхность жизни и уходил в долгожданное гипоманиакальное состояние. Если здоровый человек легко забывает наслаждение, но хорошо помнит боль, то гипомания меняет акценты. Боль, испытанная в депрессивной фазе, легко забывается и воспринимается как странная и необъяснимая флуктуация.

Гипомания меняет работу механизма верификации, проверяющего информацию на достоверность, и тогда все сомнения в собственной неадекватности отметаются. Чрезмерно положительный прогноз, присущий гипомании, окрашивает будущее в светлые тона, сулит богатство и встречу с любимой женщиной.

А тем временем болезнь продолжается. Вновь и вновь увлекает она своего обладателя в подъемы и падения. Постоянное перенапряжение и нехватка денег раскачивают синусоиду. Ее колебания становятся все более резкими и оглушительными. Гипомания сменяется грозным маниакальным состоянием.

Мания многократно увлекала Бальзака в свои ловушки. Он организовывал театр, издательства, покупал серебряные рудники и железную дорогу — все лишь для того, чтобы еще раз потерять все деньги, еще больше влезть в долги, еще больше сделать свое творчество средством, необходимым для выживания и спасения от кредиторов.

Потом гипомания снова спасала его, вливая в его жилы сверкающую теплую струю и оставляя мозг незатуманенным.

Обострение его маниакальной депрессии произошло в возрасте от 18 до 25 лет. Это время интенсивной социализации, когда человек выбирает профессию, перебирает социальные роли и жизненные пути. Каждое из этих изменений — огромный стресс, невротизирующий фактор, раскачивающий синусоиду, делающий взлеты и падения все более рельефными.

Для Бальзака эти годы были отмечены каторжным трудом, унизительной нищетой, борьбой за выживание, мощнейшей сексуальной фрустрацией, на которую обрекала его нищета. Это период сильнейшей конфронтации с родителями. Ведь Бальзак решил стать писателем, отказавшись от унылого жизненного пути, предложенного ему семьей. И вот ему дали два года, в течение которых он должен доказать наличие у него писательского дара.

Напряжение и стрессы этих двух лет привели к невротическому состоянию, из которого Бальзак уже не смог вырваться в течение всей жизни. Гипомания и маниакальное состояние, изредка прерываемые глубокими депрессиями, превратились в его постоянных спутников, стали частью его тела, души, мозга.

Великий комбинатор. У него выдающиеся организаторские способности и его деятельность четко направлена на достижение цели.

Легкость принятия потерь окрашена юмором и способностью шутить над самим собой («Графа Монте–Кристо из меня не вышло, придется переквалифицироваться в управдомы»). Он умеет мгновенно отгадывать каждого человека и потакать слабостям других, правда, для достижения своей цели.

У него уникальный талант общения, раскрывающий все двери и сердца, позитивное мышление и блистательный юмор. Он доброжелательно и покровительственно относится к людям с более низким рангом (Паниковский, Шура Балаганов, Воробьянинов). Он уважает Уголовный кодекс.

Швейк. Добродушный юмор, великолепная психологическая защита, умение наслаждаться скромными дарами судьбы, философское отношение к жизненным стрессам составляют надежный щит, защищающий этого маленького человека от человеческих несовершенств, перипетий политической жизни, войны.

Нонконформист. Он не хочет подчинить свой внутренний мир нормам окружающих людей, хочет эмансипироваться от их мнений.

Обычные люди копят деньги — а ему деньги нужны лишь для наслаждения жизнью. Они копят вещи — он же не привязан к имуществу, вещам, одежде. Они любят свой дом, украшают его — для него дом — весь мир, и его не беспокоит, где он будет ночевать завтра. Они идут по жизни осторожно, не доверяя себе и другим, опасаясь ошибок и своих неправильных оценок ситуации, стараясь не менять жизнь и даже страшась этого — он видит в этих изменениях высшее наслаждение.

Бродяга. Он никогда не жалеет о прошлом. Поразительна его непривязанность к прошлому, к тому, что было лищь час назад. С гипоманиакальной легкостью двигается он только вперед, и вот уже будущее переливается в настоящее, оказывается рядом и можно насладиться им, после чего оно отлетает назад, как скорлупа от ореха.

Это восхитительное движение во времени, обтекающем маленькую человеческую жизнь, доступно лишь циклотимику.

Как отрадно для него это движение вперед, эта охота к перемене мест, когда раз в год он переезжает, снимая свой маленький табор с еще вчера, казалось бы, насиженного места, и двигается вперед, с детьми, собакой, книгами, бросая без сожаления нажитое добро или раздавая его друзьям, не имея перед собой особой цели, кроме только ему понятного ощущения пространства и свободы. Его провожают сочувственными взглядами его друзья, которым остается чувство некоей пустоты, связанной с его уходом.

«Вода примером служит нам, примером, Прощай, хозяин дорогой. Мы в путь отправимся с водой Все дальше, все дальше, Все дальше, все дальше…»

Бродяга делает крутые повороты при перемене профессии, легко переезжает, меняет партнеров, оставляет друзей.

Он легко перемещается в жизненном пространстве, без сожаления теряя все то, что ему принадлежало и что было, может быть, завоевано с трудом, готовый платить любую цену за свою свободу.

И его уже не найти, потому что он много раз поменял адрес и телефон. А люди с другим характером с изумлением наблюдают за этой непривязанностью к прошлому, легкостью расставания с настоящим, его людьми и ценностями, и не могут понять это неутоляемое ничем желание двигаться вперед.

Игрок. Он ориентирован на победу, ему нравится преодоление трудностей. Он хочет победы и готов платить за нее. Но так же легко он принимает и поражение. Эта борьба густо замешена на принципе наслаждения. Разве важно для него выиграть деньги? Нет, он расстается с ними легко и без какого–либо сожаления. Важен не результат, а движение, сам процесс игры.

Он спокоен, доброжелателен и легко находит язык с самыми различными индивидуальностями. Людям, находящимся на вершине и в самом низу человеческой лестницы, приятны его радушие и юмор, соединенные с чувством самоуважения.

Но причина не только в легкости его светлого характера. Дело в том, что он не участник всех этих коллизий. Он наблюдатель, лицеприятный, но в глубине души равнодушный друг. Для него имеет значение лишь патологическая зависимость, страсть, рвущаяся из подсознания. Лишь на нее стоит тратить душевные силы. Все остальное не имеет значения.

И он контролирует все свои ощущения, потому что он игрок. Со спокойной улыбкой смотрит он на женщину, сгорающую от страсти в его руках. Он знает правила и этой игры. Он не может любить, потому что в любви всегда есть страх потери и желание удержать мгновение. У него вроде бы есть друзья и люди, которые дорожат его отношением. Но хотя он всегда искренне рад встрече с ними, они не нужны ему.

Единственная нить, привязывающая его к реальности, — страсть, игра, могучая власть патологической зависимости.

Эпикуреец, гедонист. Гармоничное раскрытие всех аспектов личности встречается редко. Гармония — не частая гостья в мире людей. На каждом шагу мы видим, как судьба или отказ самого человека от раскрытия своей личности приводят к тому, что его поведение определяется лишь какой–то частью его психики, в то время как все остальное спит, невостребованное. Происходит заострение, утрирование лишь некоторых аспектов личности.

В подсознании циклотимика всегда присутствуют могучие импульсы, связанные с желанием наслаждаться миром. Они могут быть настолько сильными, что подавляют все попытки сознания и социальных норм как–то структурировать его поведение.

Принцип наслаждения, в норме определяющий поведение лишь у ребенка, полностью овладевает его чувствами и диктует его поведение.

Такой человек нередко остается незрелым в течение всей своей жизни. Большая часть его разума спит, социальные процессы его не трогают, и всю свою неистощимую энергетику он бросает во власть страстей.

Он сохраняет доброжелательность, присущую этому характеру, но утрачивает поисковую активность, заинтересованность в судьбах других людей и находится на низком уровне морального развития. Все свое внимание он направляет на ощущение жгучего наслаждения, на реализацию желания, которое заливает его разум и часто отрезает от мира людей. В восхитительной структуре его мозга он подстегивает работу лишь центра наслаждения, нещадно эксплуатируя его.

Среди циклотимиков можно встретить беспечных прожигателей жизни, любящих хорошую еду, флирт, поверхностное общение. Мощные механизмы психологической защиты и невысокий уровень развития личности помогают им отталкивать от себя все жизненные проблемы, скользить по поверхности жизни, не замечая ни ее глубины, ни ее проблем.

Так образуется целая шкала состояний. Таков Стива Облонский, доброжелательный и ко всему равнодушный; Омар Хайям, радующийся красоте и старающийся заглушить ощущение времени прекрасным вином; Дон–Жуан, видящий смысл существования в наслаждении любовью и красотой женщин. Рядом огромное царство патологических зависимостей, куда ведет дорога неконтролируемого наслаждения сексом, азартными играми, алкоголем и наркотиками. Ради экспериментирования ощущениями могут приноситься в жертву карьера, семья, работа, человеческие связи.

Пара, мужчина с бутылкой пива, женщина, иссушенная оргазмами и неутоленным желанием, их лоток на обочине захолустной дороги, их равнодушие к незамысловатому бизнесу.

Сон разума порождает чудовищ. Все больше отдавая себя во власть могучих импульсов наслаждения, человек истощает себя. Все больше он становится похожим на металлическую вывеску, изъеденную ржавчиной. Что–то было написано на ней, но что? Уже не разобрать.

И, наконец, завершающим аккордом является тотальный поиск наслаждения, ведущий к саморазрушению и преступлениям.

Циклотимик–престуник. Люди с разными характерами совершают совершенно различные преступления. Это связано с их столь непохожим отношением к человеческой личности, к себе и окружающим, к вопросу власти, с их различной податливостью социальным нормам, с их разной степенью уважения к человеческой личности, с их столь различным интересом к чувствам других. Отличается эмоциональная сфера, варьируют иерархии ценностей — и все это порождает столь несхожий характер преступлений.

Для преступников–циклотимиков присуще то, что их Действия направлены в первую очередь против общества, а не против конкретной человеческой личности. Это блестящие аферисты, обворовывающие государство. Как правило, они не склонны к насилию, как мы видим это у Остана Бендера, человека, «уважавшего Уголовный кодекс».

Однако мир патологических зависимостей (алкоголь, наркотики, азартные игры) меняет картину преступлений, делая их все более грозными и разрушительными для окружающих.

Циклотимик–иммигрант. Вера в себя, охота к перемене мест, любовь к новизне толкают циклотимика к странствиям, и он первым отправляется на освоение новых земель.

Он легко принимает решение об иммиграции, быстро собирает вещи и без сожаления, полный самых светлых ожиданий, отправляется в путь. В силу хорошей психологической защиты, устойчивости к стрессам он успешно адаптируется на новом месте, мгновенно обживает новое жилье, осваивается в новой обстановке: кажется, что он живет здесь уже тысячу лет.

Дар принятия потерь позволяет ему относительно легко смириться с неизбежными потерями, связанными с процессом иммиграции. По сравнению с представителями других характеров он более легко принимает потерю языка и культуры, разлуку с близкими и друзьями, утрату социального статуса и роли в семье.

Даже если его ожидания оказываются нереализованными, это не меняет его светлого нрава. Позитивное мышление помогает ему верно подметить в его новой жизни все положительные стороны и отметить все преимущества своего нового состояния.

В новой стране он может добиться высокого социального статуса, но и в его отсутствие циклотимика выручает счастливое чувство самодостаточности, свойственное представителям данного характера.

Важно, что в условиях адаптационного стресса циклотимик является надежной опорой и поддержкой для семьи, друзей и случайно встретившихся ему людей.

Однако потрясения и стрессы первого этапа иммиграции могут быть триггером депрессии, которая временно выводит его из строя. И в этот момент семья, как правило, является для него надежной защитой.

Можно смело утверждать, что именно представители циклотимического характера и их семьи наиболее успешно адаптируются в иммиграции.

litresp.ru

ГЛАВА 1. ЦИКЛОТИМИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР. «ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ»

 

Богатство психики циклотимика, многообразие его увлечений приводят к удивительному разбросу в выборе профессий, жизненного пути и выбору самых немыслимых социальных ролей.

Деятельность. Место в иерархии. В любых иерархических построениях циклотимик занимает достойное место. Он способен постоять за себя. Он хорошо понимает свои достоинства, свои слабые стороны и способен обсудить их с другими людьми.

Для циклотимика предпочтительны профессии, которые предполагают занятие активной позиции, самостоятельное принятие решений и меняющийся стереотип. И, конечно, ему не подходят профессии с регламентированным распорядком.

Бизнесмен, менеджер. В любой деятельности он проявляет удивительные организаторские способности. Циклотимик — энергичный практик, созданный для руководства людьми. С ним легко и светло. Он прекрасный босс, любимый и уважаемый подчиненными.

Его мозг четко отражает мир человеческих отношений с его невидимой борьбой за власть и за удержание ранга. Свободный от идеализации циклотимик прекрасно отслеживает скрытые мотивации поведения людей, сохраняя при этом доброжелательность и чувство юмора.

У него нормальные отношения с начальством, подчиненными и коллегами. Он не тщеславен, стремится всем помочь, ориентирован на цель, получает удовольствие от деятельности.

Его мощный социальный интеллект является тем лоцманом, который помогает ему лавировать среди жизненных подводных течений и камней, выбирая правильный путь в мире деловых взаимоотношений.

Бизнес–партнер. Ведение бизнеса, особенно его начало, напоминает выезд машины на скоростное шоссе. Необходимо быстро и точно оценить ситуацию, меру риска и опасности, преодолеть неуверенность и ворваться в поток стремительно несущихся машин.

Циклотимик бесценен при организации нового бизнеса и его расширении. Его удивительное тестирование реальности позволяет увидеть явление во всем многообразии.

Он словно рожден для бизнеса с его высокой поисковой активностью, инициативностью, драгоценными навыками принятия решений и решения проблем, его талантом управления и руководства.

Да и работать с ним одно удовольствие. Его отличают смех, светлый юмор, внимание к окружающим. Циклотимик не предаст и не подставит.

Однако при ведении совместного бизнеса необходимо помнить о тенденции циклотимика переоценивать ситуацию. При ее оценке он может проявлять бесконечную веру в свои силы, преуменьшать опасность и давать завышенный положительный прогноз.

Он не знает страха и бросается в водоворот событий, часто не рассчитав свои силы, не просчитав ходов, не оглянувшись назад, бесконечно доверяя своим силам и Духу. Он легко идет на риск.

Он может проявлять беспечность к деталям и мелочам. Он великолепный разработчик, а не исполнитель.

Его партнеры по бизнесу должны постоянно контролировать расходы и вложения капитала. Циклотимик — верный товарищ и не украдет ни копейки, но может разбазарить деньги.

Доброжелатель. В светлом мире циклотимических характеров мы натолкнемся на людей болтливых, веселых, доброжелательных и открытых. Они мгновенно вникнут в наши проблемы, удивят нас глубиной сопереживания, постараются помочь и помогут нам в первую очередь своим удивительным отношением к жизни.

Дар позитивного самопрограммирования помогает им даже в нежелательных жизненных явлениях подмечать положительные стороны.

Мудрец. К циклотимикам относятся мудрецы, взирающие на мир с доброжелательством, такие как Вольтер. Они видят людей насквозь, подмечают все их слабости и несовершенства, но это не озлобляет их, не делает циничными, а вызывает спокойную улыбку и веру в силу человеческого духа и разума.

Энергичные практики. Это тип, который «сочетает свежесть, подвижность, живость с трудолюбием и трезвостью. Энергичные практики — люди с отзывчивым сердцем, которые для всех могут быть полезны.

Они сидят во всех комитетах, постоянно перегружены работой и все делают весьма охотно. Работают они неутомимо, берутся за разнообразную новую работу и склонны к конкретной практической деятельности: медицине, политике, социальному обеспечению.

Они все делают толково, отличаются ловкостью, умеют ладить, но действуют решительно, высказывают определенное мнение, всегда веселы; некоторые из них честолюбивы, уверенны, довольны, держатся с сознанием собственного достоинства, знают себе цену, обращают внимание не столько на чины и отличия, сколько на освежающую деятельность. Эксцентричность и идеалистические порывы они не ценят»().

Роковая синусоида. Люди циклотимического характера часто поражают окружающих своей неиссякаемой работоспособностью. Никому не приходит в голову, что причиной этого блеска является легкое отклонение от нормы, а именно — уход в гипоманию.

Примером таких гипоманиакальных личностей является Оноре де Бальзак, отличавшийся феноменальной работоспособностью, позволившей ему к 40 годам написать 100 томов.

По–видимому, большую часть своей жизни Бальзак провел в гипоманиакальном состоянии, особенностью которого является удачная имитация здоровья за счет всегда приподнятого настроения и высокой работоспособности.

И действительно, постоянные улыбки, словоохотливость, доброжелательность, способность работать по 18–20 часов в сутки, удивительное снижение потребности во сне, повышенная сексуальность — разве легко за этими чертами гипомании распознать болезнь?

Лишь изредка гипомания сменялась снижением интереса к жизни, общению, сексу, а главное, уменьшением работоспособности. Бальзак стремился подхлестывать себя огромными количествами кофеина, но и эта мера в периоды депрессий не давала обычного результата.

Спонтанно Бальзак вновь выныривал на поверхность жизни и уходил в долгожданное гипоманиакальное состояние. Если здоровый человек легко забывает наслаждение, но хорошо помнит боль, то гипомания меняет акценты. Боль, испытанная в депрессивной фазе, легко забывается и воспринимается как странная и необъяснимая флуктуация.

Гипомания меняет работу механизма верификации, проверяющего информацию на достоверность, и тогда все сомнения в собственной неадекватности отметаются. Чрезмерно положительный прогноз, присущий гипомании, окрашивает будущее в светлые тона, сулит богатство и встречу с любимой женщиной.

А тем временем болезнь продолжается. Вновь и вновь увлекает она своего обладателя в подъемы и падения. Постоянное перенапряжение и нехватка денег раскачивают синусоиду. Ее колебания становятся все более резкими и оглушительными. Гипомания сменяется грозным маниакальным состоянием.

Мания многократно увлекала Бальзака в свои ловушки. Он организовывал театр, издательства, покупал серебряные рудники и железную дорогу — все лишь для того, чтобы еще раз потерять все деньги, еще больше влезть в долги, еще больше сделать свое творчество средством, необходимым для выживания и спасения от кредиторов.

Потом гипомания снова спасала его, вливая в его жилы сверкающую теплую струю и оставляя мозг незатуманенным.

Обострение его маниакальной депрессии произошло в возрасте от 18 до 25 лет. Это время интенсивной социализации, когда человек выбирает профессию, перебирает социальные роли и жизненные пути. Каждое из этих изменений — огромный стресс, невротизирующий фактор, раскачивающий синусоиду, делающий взлеты и падения все более рельефными.

Для Бальзака эти годы были отмечены каторжным трудом, унизительной нищетой, борьбой за выживание, мощнейшей сексуальной фрустрацией, на которую обрекала его нищета. Это период сильнейшей конфронтации с родителями. Ведь Бальзак решил стать писателем, отказавшись от унылого жизненного пути, предложенного ему семьей. И вот ему дали два года, в течение которых он должен доказать наличие у него писательского дара.

Напряжение и стрессы этих двух лет привели к невротическому состоянию, из которого Бальзак уже не смог вырваться в течение всей жизни. Гипомания и маниакальное состояние, изредка прерываемые глубокими депрессиями, превратились в его постоянных спутников, стали частью его тела, души, мозга.

Великий комбинатор. У него выдающиеся организаторские способности и его деятельность четко направлена на достижение цели.

Легкость принятия потерь окрашена юмором и способностью шутить над самим собой («Графа Монте–Кристо из меня не вышло, придется переквалифицироваться в управдомы»). Он умеет мгновенно отгадывать каждого человека и потакать слабостям других, правда, для достижения своей цели.

У него уникальный талант общения, раскрывающий все двери и сердца, позитивное мышление и блистательный юмор. Он доброжелательно и покровительственно относится к людям с более низким рангом (Паниковский, Шура Балаганов, Воробьянинов). Он уважает Уголовный кодекс.

Швейк. Добродушный юмор, великолепная психологическая защита, умение наслаждаться скромными дарами судьбы, философское отношение к жизненным стрессам составляют надежный щит, защищающий этого маленького человека от человеческих несовершенств, перипетий политической жизни, войны.

Нонконформист. Он не хочет подчинить свой внутренний мир нормам окружающих людей, хочет эмансипироваться от их мнений.

Обычные люди копят деньги — а ему деньги нужны лишь для наслаждения жизнью. Они копят вещи — он же не привязан к имуществу, вещам, одежде. Они любят свой дом, украшают его — для него дом — весь мир, и его не беспокоит, где он будет ночевать завтра. Они идут по жизни осторожно, не доверяя себе и другим, опасаясь ошибок и своих неправильных оценок ситуации, стараясь не менять жизнь и даже страшась этого — он видит в этих изменениях высшее наслаждение.

Бродяга. Он никогда не жалеет о прошлом. Поразительна его непривязанность к прошлому, к тому, что было лищь час назад. С гипоманиакальной легкостью двигается он только вперед, и вот уже будущее переливается в настоящее, оказывается рядом и можно насладиться им, после чего оно отлетает назад, как скорлупа от ореха.

Это восхитительное движение во времени, обтекающем маленькую человеческую жизнь, доступно лишь циклотимику.

Как отрадно для него это движение вперед, эта охота к перемене мест, когда раз в год он переезжает, снимая свой маленький табор с еще вчера, казалось бы, насиженного места, и двигается вперед, с детьми, собакой, книгами, бросая без сожаления нажитое добро или раздавая его друзьям, не имея перед собой особой цели, кроме только ему понятного ощущения пространства и свободы. Его провожают сочувственными взглядами его друзья, которым остается чувство некоей пустоты, связанной с его уходом.

«Вода примером служит нам, примером, Прощай, хозяин дорогой. Мы в путь отправимся с водой Все дальше, все дальше, Все дальше, все дальше…»

Бродяга делает крутые повороты при перемене профессии, легко переезжает, меняет партнеров, оставляет друзей.

Он легко перемещается в жизненном пространстве, без сожаления теряя все то, что ему принадлежало и что было, может быть, завоевано с трудом, готовый платить любую цену за свою свободу.

И его уже не найти, потому что он много раз поменял адрес и телефон. А люди с другим характером с изумлением наблюдают за этой непривязанностью к прошлому, легкостью расставания с настоящим, его людьми и ценностями, и не могут понять это неутоляемое ничем желание двигаться вперед.

Игрок. Он ориентирован на победу, ему нравится преодоление трудностей. Он хочет победы и готов платить за нее. Но так же легко он принимает и поражение. Эта борьба густо замешена на принципе наслаждения. Разве важно для него выиграть деньги? Нет, он расстается с ними легко и без какого–либо сожаления. Важен не результат, а движение, сам процесс игры.

Он спокоен, доброжелателен и легко находит язык с самыми различными индивидуальностями. Людям, находящимся на вершине и в самом низу человеческой лестницы, приятны его радушие и юмор, соединенные с чувством самоуважения.

Но причина не только в легкости его светлого характера. Дело в том, что он не участник всех этих коллизий. Он наблюдатель, лицеприятный, но в глубине души равнодушный друг. Для него имеет значение лишь патологическая зависимость, страсть, рвущаяся из подсознания. Лишь на нее стоит тратить душевные силы. Все остальное не имеет значения.

И он контролирует все свои ощущения, потому что он игрок. Со спокойной улыбкой смотрит он на женщину, сгорающую от страсти в его руках. Он знает правила и этой игры. Он не может любить, потому что в любви всегда есть страх потери и желание удержать мгновение. У него вроде бы есть друзья и люди, которые дорожат его отношением. Но хотя он всегда искренне рад встрече с ними, они не нужны ему.

Единственная нить, привязывающая его к реальности, — страсть, игра, могучая власть патологической зависимости.

Эпикуреец, гедонист. Гармоничное раскрытие всех аспектов личности встречается редко. Гармония — не частая гостья в мире людей. На каждом шагу мы видим, как судьба или отказ самого человека от раскрытия своей личности приводят к тому, что его поведение определяется лишь какой–то частью его психики, в то время как все остальное спит, невостребованное. Происходит заострение, утрирование лишь некоторых аспектов личности.

В подсознании циклотимика всегда присутствуют могучие импульсы, связанные с желанием наслаждаться миром. Они могут быть настолько сильными, что подавляют все попытки сознания и социальных норм как–то структурировать его поведение.

Принцип наслаждения, в норме определяющий поведение лишь у ребенка, полностью овладевает его чувствами и диктует его поведение.

Такой человек нередко остается незрелым в течение всей своей жизни. Большая часть его разума спит, социальные процессы его не трогают, и всю свою неистощимую энергетику он бросает во власть страстей.

Он сохраняет доброжелательность, присущую этому характеру, но утрачивает поисковую активность, заинтересованность в судьбах других людей и находится на низком уровне морального развития. Все свое внимание он направляет на ощущение жгучего наслаждения, на реализацию желания, которое заливает его разум и часто отрезает от мира людей. В восхитительной структуре его мозга он подстегивает работу лишь центра наслаждения, нещадно эксплуатируя его.

Среди циклотимиков можно встретить беспечных прожигателей жизни, любящих хорошую еду, флирт, поверхностное общение. Мощные механизмы психологической защиты и невысокий уровень развития личности помогают им отталкивать от себя все жизненные проблемы, скользить по поверхности жизни, не замечая ни ее глубины, ни ее проблем.

Так образуется целая шкала состояний. Таков Стива Облонский, доброжелательный и ко всему равнодушный; Омар Хайям, радующийся красоте и старающийся заглушить ощущение времени прекрасным вином; Дон–Жуан, видящий смысл существования в наслаждении любовью и красотой женщин. Рядом огромное царство патологических зависимостей, куда ведет дорога неконтролируемого наслаждения сексом, азартными играми, алкоголем и наркотиками. Ради экспериментирования ощущениями могут приноситься в жертву карьера, семья, работа, человеческие связи.

Пара, мужчина с бутылкой пива, женщина, иссушенная оргазмами и неутоленным желанием, их лоток на обочине захолустной дороги, их равнодушие к незамысловатому бизнесу.

Сон разума порождает чудовищ. Все больше отдавая себя во власть могучих импульсов наслаждения, человек истощает себя. Все больше он становится похожим на металлическую вывеску, изъеденную ржавчиной. Что–то было написано на ней, но что? Уже не разобрать.

И, наконец, завершающим аккордом является тотальный поиск наслаждения, ведущий к саморазрушению и преступлениям.

Циклотимик–престуник. Люди с разными характерами совершают совершенно различные преступления. Это связано с их столь непохожим отношением к человеческой личности, к себе и окружающим, к вопросу власти, с их различной податливостью социальным нормам, с их разной степенью уважения к человеческой личности, с их столь различным интересом к чувствам других. Отличается эмоциональная сфера, варьируют иерархии ценностей — и все это порождает столь несхожий характер преступлений.

Для преступников–циклотимиков присуще то, что их Действия направлены в первую очередь против общества, а не против конкретной человеческой личности. Это блестящие аферисты, обворовывающие государство. Как правило, они не склонны к насилию, как мы видим это у Остана Бендера, человека, «уважавшего Уголовный кодекс».

Однако мир патологических зависимостей (алкоголь, наркотики, азартные игры) меняет картину преступлений, делая их все более грозными и разрушительными для окружающих.

Циклотимик–иммигрант. Вера в себя, охота к перемене мест, любовь к новизне толкают циклотимика к странствиям, и он первым отправляется на освоение новых земель.

Он легко принимает решение об иммиграции, быстро собирает вещи и без сожаления, полный самых светлых ожиданий, отправляется в путь. В силу хорошей психологической защиты, устойчивости к стрессам он успешно адаптируется на новом месте, мгновенно обживает новое жилье, осваивается в новой обстановке: кажется, что он живет здесь уже тысячу лет.

Дар принятия потерь позволяет ему относительно легко смириться с неизбежными потерями, связанными с процессом иммиграции. По сравнению с представителями других характеров он более легко принимает потерю языка и культуры, разлуку с близкими и друзьями, утрату социального статуса и роли в семье.

Даже если его ожидания оказываются нереализованными, это не меняет его светлого нрава. Позитивное мышление помогает ему верно подметить в его новой жизни все положительные стороны и отметить все преимущества своего нового состояния.

В новой стране он может добиться высокого социального статуса, но и в его отсутствие циклотимика выручает счастливое чувство самодостаточности, свойственное представителям данного характера.

Важно, что в условиях адаптационного стресса циклотимик является надежной опорой и поддержкой для семьи, друзей и случайно встретившихся ему людей.

Однако потрясения и стрессы первого этапа иммиграции могут быть триггером депрессии, которая временно выводит его из строя. И в этот момент семья, как правило, является для него надежной защитой.

Можно смело утверждать, что именно представители циклотимического характера и их семьи наиболее успешно адаптируются в иммиграции.

litresp.ru

ГЛАВА 4. АСТЕНИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР. «ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ»

 

АМБИВАЛЕНТНОСТЬ

Лишь на первый взгляд поведение астеника кажется однозначным. Оно амбивалентно, двойственно. Личность астеника представляет собой сложную структуру из хрупкого, почти неуловимого стержня, на который нанизаны оси.

Их полюсами являются признаки противоположные, казалось бы, исключающие друг друга. На полюсах оси находятся свойства, составляющие плюс и минус, сильную сторону личности и ее слабость.

Служение людям — тенденция к занятию низких рангов. Как только у астеника складывается иерархия ценностей и определяются жизненные цели, самой важной становится идея служения, увеличение потенциала добра в мире. Астеники стремятся служить другим, оставаясь незаметными. Возможность приносить добро другим доставляет им радость и успокоение.

Однако прекрасная идея служения другим часто оборачивается против ее обладателя. Она трансформируется в слабость, в тенденцию признавать права других людей на фоне умаления своих прав и подавления своих желаний.

Любое сообщество, любая социальная группа напоминают лестницу, где каждый занимает свою ступеньку, свой ранг. Оказываясь в дружеской компании, офисе, семье, человек делает заявку на занятие определенного ранга.

Эпилептоид стремится к власти, к занятию самых высоких рангов. Циклотимик гораздо спокойнее относится к идее доминирования, но его сильная нервная система, яркость и многогранность талантов, соединенные с высокой самооценкой, выносят его на верхние ступеньки иерархической лестницы.

Астеник отказывается от заявки на достойное место в любой иерархии. Он пропускает вперед в дверь, ведущую к власти, благам и самореализации, представителей всех других характеров. Ему кажется, что они умнее, достойнее его, лучше справятся с задачей.

Однако высокий интеллектуальный потенциал, обязательность, чувство долга, преданность идее могут вынести его на высокую позицию. Но она тягостна для астеника. Ведь занятие ранга не означает окончательного решения сложнейших социальных игр, разворачивающихся вокруг вопроса о власти. Ранг нужно удержать.

Для эпилептоида борьба за ранг составляет смысл его существования. Циклотимик расценивает ее как преодоление препятствий и возможность совершенствовать коммуникативные навыки.

Мысль о том, что нужно бороться за свое положение, за удержание ранга, демонстрировать силу, выдерживать давление со стороны других приводит астеника в ужас. Лишь подталкивание семьи и друзей удерживают его на высоких позициях, да и то он совершает этот подвиг не для себя, а для других.

Тенденция астеника к занятию низших рангов в любой иерархии проявляется на работе, где он, как правило, несмотря на свои выдающиеся интеллектуальные способности, оказывается в приниженном положении.

«Им приходится терпеть невнимание, обиды, даже унижение от лиц, выше их стоящих, в результате чего у них образуется громадный запас неизжитых мелких психических травм, создающий общий напряженный и окрашенный недовольством тон настроения»().

Даже в случае значительного интеллектуального потенциала астеник редко занимает кресло руководителя. Власть над людьми совсем не привлекает его, он страшится ответственности, ему трудно подчинять себе людей, нелегко поддерживать дисциплину.

Астенику сложно создать нормальные иерархические отношения в семье, среди друзей, родственников и людей малознакомых. Его душевная мягкость может восприниматься окружающими как ущербность, а его слабость провоцирует выплески агрессивности со стороны окружающих.

Любовь к людям — жертвенность, ощущение себя жертвой. Глубокий интерес к людям, сопереживание, умение увидеть мир глазами другого существа, войти в мозг, в кожу другого человека, понять его боль, одиночество и тотчас откликнуться желанием помогать, утешать, поддерживать — эти удивительные свойства пронизывают существование астеника.

Однако, соединенные с низкой самооценкой, постоянной готовностью к самоумалению, они легко переходят в жертвоприношение. И собственные интересы, собственные желания и часто сама жизнь легко приносятся в жертву другим.

Астеник не видит в этом подвига, его заниженная самооценка нормализует это самоуничижение. Астеник — человек удобный для окружающих. Он легко идет на самоумаление, доходящее до жертвенности. «Мы любим людей за то добро, которое мы для них делаем», — говорила княжна Марья Болконская.

Но в ряде случаев астеник соглашается с идеей Швейцера: «Истинный гуманизм заключается в том, что человек не жертвует собой ради какой–либо цели». И тогда его самоумаление, хотя и кажется ему необходимым, заставляет его чувствовать себя жертвой.

Любовь к людям — избегание контактов. Яркая эмпатия астеника приводит к глубокому пониманию окружающих людей.

Пройдя через мучительные психотравмы, связанные с познанием мира людей, он уже хорошо видит их несовершенства. Если эпилептоид, видя недостатки окружающих, наполняется пренебрежением, мизантропством и оправдывает свою эксплуатацию другого человека, то астеник жалеет, любит этот несовершенный мир.

Каждый раз его сердце вздрагивает при соприкосновении со слабостью других, и, чтобы лишний раз избежать этого мучительного резонирования и сопереживания, он делает шаг назад.

Есть еще одна причина для некой дистанции, которую астеник создает между собой и окружающими: осознание своего проигрыша в иерархических построениях и понимание того, как сложно ему поставить себя наравне с другими людьми.

«Он уважать себя заставил».,. Если бы астеник овладел этим рецептом, этой спасительной тайной… А пока он знает, как легко другие люди используют его в своих целях. Иногда ему кажется, что «ад — это другие», но он любит этих людей, и ему не дано другого мира, другой реальности.

Причиной существования дистанции, отстраненности и даже избегания людей является и осознание легко возникающей зависимости в близких связях.

С каким наслаждением астеник растворяется в любви к другому человеку, и как горько осознавать все негативные последствия этой так легко возникающей зависимости.

Чувствительность к чужому мнению — высокий уровень морального развития. Астеник соткан из противоречий. Его высокая чувствительность к чужому мнению, боязнь

обидеть своим несогласием, невозможность пойти на самую легкую конфронтацию с окружающими, желание придержать дверь и пропустить всех вперед, попытка отгадать желание другого человека еще до того, как оно будет высказано, и осуществить его еще до того, как астеника об этом попросят, — все эти черты создают образ человека податливого, казалось бы, вообще не имеющего собственного мнения.

В какой кинотеатр пойти, куда поехать отдыхать, что делать в тысячах мелких бытовых ситуаций, в которых существует проблема выбора, — во всех этих ситуациях астеник с легкостью пойдет на поводу у других, подавляя свои собственные желания и мнения.

Но каково же изумление окружающих, когда вдруг это робкое существо становится тверже железа. Значит, существуют все–таки обстоятельства, когда астеник может пойти против окружающих, оказаться в меньшинстве и даже в одиночестве, но не поменять собственного мнения? Подобная метаморфоза происходит с ним в ситуациях, связанных с моральными принципами.

Многие астеники отличаются высоким уровнем морального развития. При всей своей слабости, уступчивости и неуверенности в себе они могут быть жесткими и непреклонными, если дело касается морали.

Так, Эмиль Золя, астеник, человек с утонченной психикой, много лет страдавший неврозом навязчивых состояний, пошел против большинства в деле Дрейфуса.

Аморальность тоталитарного режима подтолкнула многих астеников пойти на все сложности эмиграции, преодолевая присущий им страх новизны и неверие в себя.

В сложном, подчас жестоком мире, нередко направленном на подавление личности или на выработку у нее конформизма и подчинения, эти тихие люди хранят в себе потенциал добра, незримо увеличивают его количество в мире и передают следующему поколению эстафету морали, добра и сочувствия.

Легкость невротизации — максимальный потенциал развития. Угроза легко возникающей невротизации нависает над жизнью каждого астеника, как дамоклов меч. Слабая нервная система, утонченность внутреннего мира, тончайшее детектирование всех сигналов из мира внешнего предполагают легкость возникновения многочисленных поломок в работе нервной системы.

Тем более удивителен и парадоксален выход этого ломкого и хрупкого существа на высочайшие уровни психологического развития.

В определенный момент жизни астеник вступает в мучительный период, связанный с огромной внутренней работой. Как тяжела констатация совершенных ошибок, проблем, нерешенных в силу робости и деликатности натуры… Как мучительны сильнейшие амбивалентные чувства по поводу себя и окружения, вся эта разорванность эмоциональной сферы…

Сознание кричит о неправильно прожитой жизни, безжалостно напоминает об ошибках и требует принятия решения об изменении жизненной программы. Как на дисплее, проходит перед астеником его жизнь, в которой он с готовностью отмечает все свои слабости, свое нелепое неумение постоять за себя и добиться заслуженного отношения от других, свое мазохистское стремление уступить всем дорогу и встать в низу любой иерархической лестницы, свою столь удобную для окружающих жертвенность, свою унизительную мягкость и готовность принимать шлепки и обиды.

И, воссоздав эту картину, сознание говорит: «Ну, давай, откажись от этой программы, перепиши все заново и заживи достойной жизнью уважающего себя человека».

Однако подсознание заявляет: «Но ведь это все правда. И ты ничто, и никогда тебе не освободиться от страха перед другими. Ты боишься даже тех, кто любит тебя. Поэтому живи как живется, совершенствуй искусство принятия потерь и довольствуйся своей участью».

Сознание возражает: «Ты должен самореализоваться. Ты всегда думал об интересах других, подталкивал других людей вперед. Теперь отработка закончена, и сегодня пришел твой час. У тебя должна быть работа, достойная тебя. Ты должен изменить семейные отношения и заставить близких думать о твоих интересах. Отношения с друзьями должны стать более симметричными. Перемешай все карты и снова раздай колоду Перемени все свои роли и напиши новый сценарий».

Но подсознание посмеивается: «Где уж тебе, себя не переделаешь, это твоя судьба».

Как ясно видит астеник все пути для улучшения своего существования! Как славно могло бы быть его царствование в его крохотном королевстве…

Но ясность задачи лишь еще больше оттеняет его беспомощность, слабость энергетики и ничтожность ресурсов для осуществления тех восхитительных задач, которые создает перед ним разум.

И тогда из всего многообразия ролей, предлагаемых ему в гигантском театре жизни, он выбирает самую жалкую: роль вечного жалобщика, нытика, человека, всегда недовольного, изводящего окружающих нескончаемым потоком жалоб на жизнь и одновременно отвергающего все рецепты для ее улучшения.

Подсознание побеждает, астеник опускает руки. Он сознает все свое несовершенство, но отказывается делать что–либо для его исправления.

За свою робость, за свое психологическое самоубийство он платит высочайшую цену. Ощущение собственного несовершенства, понимание собственного отказа от какой–либо борьбы, постоянные все новые подтверждения собственной никчемности, новые унижения и обиды — все это создает колоссальное внутреннее напряжение.

Потребность в самоуважении подавляется самой личностью, что создает огромный уровень невротизации и психосоматических проблем. За отказ от изменения своей психологической программы астеник зачастую платит своим здоровьем.

Однако в судьбе других представителей астенического характера происходит чудо: победившее сознание выводит их на новый уровень развития личности.

Для этого изменения астеник должен пройти через тотальную переоценку ценностей и отказ от прежних стереотипов. Модификация своей психологической программы выводит астеническую личность из невроза и помещает ее на более высокий уровень психологического развития. Проблема собственного несовершенства перестает быть значимой, идет мощное самопринятие. Изменившиеся отношения с людьми становятся более симметричными.

Каждый из нас сталкивается с необходимостью саморазвития, перепрограммирования своей личности. Каждый проходит нелегкий период невротических реакций или невроза, связанного с модификацией своей психологической программы. Но у кого еще она протекает так драматично и затягивается на годы? У кого так высок риск завязнуть в невротическом состоянии, и кто платит такую высокую цену за невозможность перейти заветный рубеж?

litresp.ru

ГЛАВА 2. ЭПИЛЕПТОИДНЫЙ ХАРАКТЕР. «ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ»

 

ОТНОШЕНИЕ К ЭПИЛЕПТОИДАМ

Представители каждого типа характера живут в особом мире, созданном их системой ценностей. Циклотимики стремятся наслаждаться жизнью, истероиды заняты привлечением внимания к своей особе, шизоиды склонны к уходу в свой скрытый от нас причудливый внутренний мир, астеники страдают от соприкосновения с несовершенством мира и стараются внести в него добро и отблески гармонии.

Все заняты своими делами, каждый живет в своем маленьком мирке, и большинство людей не заинтересованы в демонстрации силы и борьбе за власть. Люди избегают ее из–за моральных ограничений, слабости нервной системы, страха перед силой и просто отсутствия интереса к подавлению других людей.

Но рано или поздно почти каждый из нас сталкивается с эпилептоидами лицом к лицу в ситуациях, когда нас хотят подавить, использовать в своей игре, превратить в ступеньку, ведущую к власти. Столкновение с эпилептоидами исключает нейтралитет.

Если представители других характеров, несмотря на всю несхожесть их внутренних миров, могут уживаться друг с другом и избегать открытых конфликтов, то общение с эпилептоидами всегда пахнет гарью и войной. Контакты с ними превращаются в сражения.

Но нам так не хочется мобилизовывать себя для ненужной и неинтересной борьбы, и, чтобы избежать ее, мы применяем многочисленные виды психологической защиты.

Отрицание. Люди с нарушенным тестированием реальности отказываются признать сам факт существования эпилептоидов. Могучее отрицание помогает им отвергать истину и тем самым разрушать ее, что создает возможность из ее обломков складывать новые причудливые мозаики и конструкции.

Осознание реальности противоречило бы их внутренней схеме, создало бы внутренний конфликт, привело бы к дискомфорту, потребовало бы решений и действий.

Подобные люди не хотят согласиться даже с тем фактом, что эпилептоиды, по–видимому, составляют около 13% популяции. Игнорирование реальности, невозможность понять истинные мотивации эпилептоидов приводят идеалистов к беспомощности при столкновении с людьми данного характера.

Чтобы сохранить свою мягкую, ничем не омраченную модель мира, они жертвуют точностью тестирования реальности, что увеличивает вероятность их жизненного проигрыша.

Разновидностью отрицания является восприятие эпилептоидов как людей психически больных. Моральный дефект сводится к психической аномалии. Люди, применяющие подобный прием, защищая свою модель нормального мира, исключают из него «плохих людей», пытаются вынести эпилептоидов за границы психической нормы.

Действительно, иногда поведение эпилептоидов связано с психопатическим развитием. Иван Грозный, Иосиф Сталин, Ким Ир Сен — все они психопаты и параноики, все они словно слеплены с одной матрицы, и лишь политические декорации и способы ведения войны вносят разнообразие в восприятие их образов.

Но зло нельзя свести к психическим заболеваниям. Этот плод полон соков и жизни. И мы должны иметь мужество признать реальность существования эпилептоидов, их вменяемость и, следовательно, их ответственность за содеянное.

Люди, отказывающиеся признать истинные мотивации эпилептоидов, сталкиваются с трудной задачей объяснения их действий, избегая при этом нарушения своей модели мира. Им хотелось бы объяснить поведение эпилептоида реакцией на внешние обстоятельства. «Наверно, у него была тяжелая жизнь…» Они отказываются видеть то, что поведение эпилептоида вплетено в полотно их личности, его характера.

Яго с наслаждением манипулирует окружающими и упоенно рвется к власти не потому, что в детстве его лишний раз шлепнули, а потому, что таков его характер, продиктованный генетикой.

Пытаясь свести поведение эпилептоида к реакции на внешние обстоятельства, оправдать его, мы сами надеваем на него маски, чтобы еще раз обмануться ими.

Избегание (avoidance). Следующий шаг по направлению к точному восприятию эпилептоидов совершают люди, признающие существование эпилептоидов, но старающиеся избежать любых контактов с этой тяжеловесной и недружелюбной публикой. «Они существуют, но мы не хотим иметь с ними дело».

«Давайте накормим зверя». Если простое избегание контактов не срабатывает, то включается следующая стратегия: «Давайте накормим зверя». Многие люди при общении с эпилептоидами часто пытаются применить политику уступок. «Давайте отдадим ему еще и это, может быть, он успокоится». Они мечтают заключить соглашения, которые гарантировали бы им безопасность. В своем желании смягчить зверя они готовы идти на любые уступки.

Но зверя нельзя накормить досыта. Он переварит принесенные ему жертвы и снова захочет есть.

Отступление. Когда становится ясно, что политика уступок исчерпана, а на демонстрацию силы не хватает ни достоинства, ни пороха, или отсутствует желание заниматься борьбой, начинается выход из ситуации, тотальное отступление. Люди бросают все: деньги, дома и машины, нажитое добро, принципы.

Остается только одна цель — спасти себя от разрушения. И отступает армия, бросая пушки и раненых, кляня бесталанных полководцев, ругая себя за слабость и сознавая ее. Кто из нас не проигрывал таких сражений?

Я — жертва. Однако далеко не всем удается ускользнуть. Привлеченный слабостью, мягкостью или деньгами потенциальной жертвы эпилептоид ведет натиск, используя весь свой арсенал: талант манипуляции и интриги, умение надевать маски и использовать людские слабости.

Он хорошо знает те клавиши в человеческой душе, удар по которым вызывает ощущение беспомощности, заставляет нас содрогнуться и, склонив голову, отдаться во власть эпилептоида.

Что удерживает женщин,которых постоянно избивают мужья (battered women), рядом с их мучителями? Заниженная самооценка; привычка к страданию, приобретенная в детстве; зависимость в близких связях; сексуальная зависимость; оправданный страх мести со стороны эпилептоида в случае разрыва отношений; отсутствие системы поддержки в лице друзей и родных, отношения с которыми были разорваны по инициативе мучителя. Вот те клавиши, по которым бьет рука «талантливого музыканта».

Бьет до тех пор, пока не наступает кульминационный момент — нормы скользят, сдвигаются, и в какой–то момент патология становится привычной обыденностью, нормой, жертва успокаивается, и уже ничто не тревожит ни ее покоя, ни покоя ее мучителя.

Лишь раннее старение, разрушенное здоровье, дети–невротики становятся столь неочевидной платой за покорность.

Идентификация с агрессором. Столкновение с грубой силой, невозможность постоять за себя может привести к грубой деформации нашего поведения, травля и боль от столкновения — к неожиданным результатам: мы начинаем уважать грубую силу, оправдывать ее и, что самое страшное, подражать ей.

Вначале мы проецируем мир нашего мучителя на окружающую действительность, приписывая ей черты нашего обидчика. Мы создаем как бы новую реальность.

Следующий шаг заключается в изменении нашего отношения к этому жестокому миру, который отныне заслуживает того, чтобы с ним общались так же жестоко.

И, наконец, нам хочется быть такими же сильными, как наш вчерашний обидчик, и обижать других точно так же, как он обижал нас. Происходит идентификация с агрессором. Столкновение с агрессией превращается в урок жестокости, в урок обучения агрессивному поведению.

Сцены жестокости по телевидению, столкновение подростка с криминогенными сверстниками, жестокость тоталитарного режима и концентрационных лагерей может трансформироваться в желание подражать агрессору.

Обиженный ребенок расстреливает куклу; избитый вчера подросток сегодня с удовольствием бьет сверстника; люди, живущие в тоталитарном режиме, по собственной инициативе вплетаются в действие репрессивного аппарата по отношению к друзьям и близким; в концентрационном лагере, когда бежит один из заключенных, остальные зовут охранника.

Как важно при столкновении с грубой силой сохранить свой внутренний мир, не включаться в эстафету зла, не озлобиться, сохранить уровень морального развития, не зависящий от поведения окружающих нас людей.

Демонстрация силы. Но постепенно у нас выкристаллизовывается адекватная реакция на эпилептоидов. Вначале мы признаем их существование и тот факт, что каждый десятый в толпе, идущей нам навстречу, хочет нас использовать, подчинить и приобрести власть над нами.

У нас пропадает желание все время сдавать позиции, и мы понимаем, что пора побороться за сохранение достоинства и начать демонстрировать силу, вести диалог с позиции силы. Мы уже знаем, что у нас нет выбора, ведь наше желание пойти на компромисс эти люди воспримут как демонстрацию слабости.

Отныне мы понимаем, что нужно на силу отвечать силой, и не потому, что нам это нравится, а потому, что с каждым нужно говорить на понятном ему языке.

Но какая пропасть между установкой и ее реализацией в поведении! Многим людям очень трудно выдавить из себя эту демонстрацию силы, когда подсознание оказывает огромное сопротивление.

В социальной группе каждый стоит на своей ступеньке и имеет определенный ранг. Демонстрация силы закрепляет уже существующую в группе иерархию и используется для удержания ранга, что хорошо прослеживается в семье, в офисе, в группе детей и подростков.

Общаясь с нами, эпилептоид всегда хочет понизить наш ранг и даже согнать нас в низ иерархической лестницы. Чтобы сохранить свою позицию на работе, в семье, в группе мы вынуждены идти на демонстрацию силы по отношению к эпилептоиду.

litresp.ru

ГЛАВА З. ШИЗОИДНЫЙ ХАРАКТЕР. «ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ»

 

Люди шизоидного характера являются носителями яркого интеллекта. В первую очередь, именно они представляют интеллектуальный потенциал нашей цивилизации. Их разработки меняют нашу повседневную жизнь, порой украшая ее, порой создавая угрозу для нашего повседневного существования.

Среди представителей данного типа характера встречаются холодные и властные натуры и эгоисты, начисто лишенные эмпатии, никого не любящие и не понимающие, с мощной психологической защитой, позволяющей им не замечать проблемы и страдания самых близких людей. Они не склонны признавать свои ошибки, с ними невозможно спорить и вести дебаты.

Ученые, интересующиеся только своей работой, равнодушные к окружающим и семье, деятели искусства, живущие в «башне из слоновой кости», игнорирующие все социальные и бытовые проблемы, гении, преступники–одиночки, невротики, замкнувшиеся в оболочке своего безграничного эгоцентризма, — все они объединены шизоидным типом характера.

Деятельность. Место в иерархии. На профессиональном поприще он может достигнуть значительных успехов благодаря своему выраженному интеллектуальному потенциалу. Однако в силу сложности общения коллеги могут не любить его. Кроме того, любая работа, требующая коммуникативных навыков, удается ему плохо.

Шизоид не может понять окружающих, да и они не могут простить ему низкую эмпатию и его нестандартность. Часто в семье и коллективе он занимает жалкое место «гадкого утенка». При значительной шизоидизации он не в состоянии ни работать, ни учиться, ни устанавливать или поддерживать отношения в семье.

Шизоид в бизнесе. Во все времена шизоид был гениальным разработчиком идей. Однако на стадии внедрения начинался его проигрыш. Необходимость находить нужных людей, понимать, кто друг, а кто враг, высвечивает все слабые стороны шизоидной натуры.

На стадии внедрения шизоид должен вручить свое интеллектуальное детище надежному человеку, который, с одной стороны, смог бы превратить его в товар и вывести на рынок, с другой стороны, не выбросить шизоида из проекта, не оставить его за бортом, выделить полагающуюся шизоиду долю прибыли. История бизнеса изобилует фактами, говорящими о том, как шизоидные идеи использовали другие люди.

Появление высоких технологий изменило ситуацию. В бизнесе для шизоидов настал звездный час. Взлет Билла Гейтса показал, что отныне шизоид может не только выпестовать свое интеллектуальное детище, но и превратить его в уникальный товар и получить заслуженное вознаграждение.

Люди, изменившие мир. Альберт Эйнштейн, оставивший помимо своей теории еще и высказывания типа «Человечеству нужна скамеечка, где бы оно могло сесть и подумать», «Пределы человеческого разума ограничены, однако человеческая глупость беспредельна».

«Марсиане» — группа ученых, работавших в Манхэттеновском проекте по созданию атомной бомбы, прозванные так за их почти нечеловеческий интеллект.

Интереснейшее описание социальных ролей, присущих шизоидам, создал выдающийся немецкий психиатр Э. Кречмер.

Чудак и оригинал. Среди шизоидов можно встретить и «угрюмого чудака, который, замкнувшись от внешнего мира в своей келье, всецело поглощен своими мыслями… будь то ипохондрические телесные упражнения, технические открытия или же метафизические системы». Эти оригиналы и чудаки внезапно покидают свой угол как «озаренные» и «обращенные в новую веру», отпускают себе длинные волосы, образуют секты и проповедуют в пользу человеческих идеалов, сырой пищи, гимнастики, религии будущего или все это вместе»().

Аристократ. Для него присуще избирательное общение в замкнутом кругу. Они отдают предпочтение светской форме жизни, аристократическому этикету.

«В его строго выдержанном, вылощенном формализме нежная душа находит все, что ей нужно: красивую линию жизни, которая нигде и ничем не нарушается, и заглушение всех аффективных акцентов при общении с людьми. Кроме того, безличный культ формы прикрывает то, что так часто отсутствует у шизоида, — недостаток сердечности и непосредственной душевной свежести»().

Дух элитарности, стремление к общению в замкнутом кругу могут пропитывать «неразделимый союз двух мечтающих чудаков или союз юношей, эфирный, торжественный, удаленный от народа; внутри него — экстатический культ личности, вне него — все резко отвергается и презирается»().

Эти тонко чувствующие аристократы склонны к избранному общению, причем для них в собеседнике важна не духовность, а лишь голый интеллект. Ярким примером является любимое детище Оскара Уайльда — лорд Генри.

Альтруист. Для них характерно самопожертвование, желание осчастливить людей. Они «искренни, проявляют непоколебимую стойкость убеждений, чистоту воззрений и твердую настойчивость в борьбе за свои идеалы»(). Таким был Альберт Швейцер, лауреат Нобелевской премии за гуманизм, автор книги «Культура и Этика». Став всемирно известным органистом, в возрасте 40 лет он оставляет занятия музыкой, обучается медицине и едет в Габон, где работает врачом до глубокой старости.

Религиозный сподвижник. «Религиозное учение Кальвина, как каменный монумент великого шизотического разума, лишь постепенно проникло в умы людей и держалось столетия: со строгой организацией в построении, холодное, систематическое, полное нравоучений и фантастической силы убеждения, нетерпимое — чистая мысль и чистое слово — без образа, смеха, души, юмора, примирения» ().

Люди тонкой логики (Зигмунд Фрейд). Его внешняя жизнь была строго регламентирована: каждый день прием 8–11 пациентов, по часу на каждого, потом отработка результатов; раз в неделю встречи с единомышленниками; сон не более 7 часов. Большая семья (6 человек детей), устоявшиеся привычки, 40 лет жизни в одном доме. И за этим внешним однообразием интенсивная интеллектуальная и духовная работа.

Американская общественность восторженно приняла его учение. Ни один комплекс идей не сыграл более важной роли и не оказал более глубокого влияния на формирование американского сознания XX века, чем психоанализ.

Фрейдовские идеи прочно утвердились в американской культуре и стали неотъемлемой частью современного интеллектуального аппарата.

Отшельник. Любое человеческое существо стремится к наслаждению. Центр наслаждения, встроенный в наш мозг, реагирует на совершенно различные стимулы, особенности которых определяются нашим характером.

Если у циклотимика вкусная еда, общение, секс, путешествия вызывают стимуляцию центра наслаждения, то у эпилептоида самым мощным стимулом наслаждения является власть над другим человеком. Если у истероида внимание и восхищение толпы стимулирует наслаждение, то у астеника наслаждение вызывается заботой о другом человеке, тихим вечером в кругу любимых друзей.

При всей несхожести этих стимулов, их объединяет связь с миром людей. Лишь у шизоида наслаждение в его высшей точке возникает в полном отрыве от мира людей. Интеллектуальная радость, полученная от погружения в голую абстрактную схему, несравнима ни с чем.

И ради этой волны наслаждения, заливающей мозг, шизоид готов пожертвовать всем, что у него есть: человеческими связями, семьей, здоровьем. По своей силе стремление к наслаждению, присущее шизоидам, превосходит всех остальных.

Циклотимик в ответ на свою обделенность наслаждением махнет рукой и пожмет плечами, астеник загрустит и всплакнет, эпилептоид обрушит на окружающих свой гнев, истероид предастся спасительному фантазированию.

Лишь шизоид не отступит, не сойдет с пути, готовый платить любую цену за возможность отрыва от реальности, ухода в мир своих причудливых внутренних схем, в абстрактную идею, созерцание и разработка которой приносит ему острое наслаждение.

Окружающим часто недоступна скрытая логика этих жертв, этот отказ от денег, любимых, друзей ради любования абстрактной схемой. Подобное недоумение может приводить к отходу людей от шизоида, делая его отшельником, одиночкой, что еще больше усиливает его отрыв от реальности.

Шахматист. Интеллектуальная экзальтация, связанная с творческим процессом, необходимость создания в течение нескольких часов соревнований мощного интеллектуального импульса остро ставят проблему сброса нервного напряжения.

Неумение расслабляться толкает такого человека на поиски сильного раздражителя, который перекрыл бы волну возбуждения, сжигающую мозг. Так открывается выход к спасительному забвению в алкоголе, наркотиках, азартных играх или неразборчивом сексе.

Одинаково легко шахматист должен сбрасывать нервное напряжение, принимать проигрыш и интеллектуальное превосходство другого человека. Чтобы преуспевать в мире абстрактных шахматных схем, полностью погрузиться в них, шизоид должен отойти от мира людей, а иногда и отказаться от него.

В блестящее созвездие шахматистов, к сожалению, встроены судьбы людей, не выдержавших накала интеллектуального напряжения.

В., талантливый шахматист, отличался ярко выраженными шизоидными нертами. Он не имел друзей, не смог сохранить семью. Употреблял алкоголь для сброса нервного напряжения. Умер в возрасте 40 лет от сердечного приступа в пустой квартире, и в течение недели об этом никто даже не знал.

Этот пример еще раз показывает особую важность критерия социального здоровья, предполагающего наличие связи с окружающим миром, с другими людьми.

Шизоид, обладающий блестящим интеллектом, отличным физическим здоровьем, великолепной психологической защитой может, тем не менее, считаться нездоровым человеком, если он существует в социальной пустоте.

Друг животных. Д. Свифт описывал путешествие Гулливера на остров, где жили прекрасные мудрые лошади гуингнмы и отвратительные йеху, обладающие всеми пороками и недостатками человека.

В этом сопоставлении видно отношение шизоида к животным, удивительным созданиям, являющихся частью совершенной природы.

Д. Гудол, блестящий зоолог и зоопсихолог, прожила три года на заповедном острове радом со стаей шимпанзе. Она сделала их неповторимые описания, возбудившие симпатию и интерес в очень многих людях.

Только женщина–шизоид была способна жить вдали от людей три года, не боясь одиночества, темноты, опасностей первозданной природы, испытывая лишь радость от соприкосновения с прекрасным вечным миром природы.

Шизоид–преступник. Нонконформизм и оппозиция к нормам общества могут привести шизоида к нарушению законов. Равнодушие к чувствам людей могут сделать из него холодного убийцу.

Шизоид совершает преступления почти всегда в одиночку. Эти преступления отличаются изощренностью, и следователям, и полицейским трудно понять нетривиальный ход шизоидных мыслей. Мощный интеллект помогает шизоиду и на этот раз, и часто его преступления остаются нераскрытыми в течение многих лет.

Шизоид–иммигрант. Шизоиду нравится новый мир, он ценит ощущение свободы. Ему глубоко импонирует американский менталитет с его культом индивидуальности.

Могучий интеллект помогает ему довольно быстро улучшить язык, освоить новые профессии, востребованные на рынке рабочей силы.

Да и со своим прежним интеллектуальным багажом шизоид часто сразу после приезда находит хорошо оплачиваемую работу.

Единственное препятствие к преуспеванию — сложность прохождения интервью, связанная с неумением производить хорошее впечатление, быстро располагать к себе. Скованность в выражении чувств, нелюбовь к светской болтовне также мешают ему поддерживать отношения с коллегами и начальством.

litresp.ru

ГЛАВА 5. ИСТЕРОИДНЫЙ ХАРАКТЕР. «ХАРАКТЕРЫ И РОЛИ»

 

Чем больше личность находится во власти сферы сознания, чем более успешно она справляется с выплесками из подсознания, ведет она поиски компромисса между своими желаниями и требованиями социальной среды, тем более успешны ее социальные роли, тем выше ее реализация в каждой из них.

Однако, если подсознание берет верх и личность оказывается во власти инфантильных желаний, это приводит к неспособности адаптироваться к реальной жизни и толкает личность на выбор неприглядных социальных ролей.

Пустоцвет. Воспитание в духе «кумир семьи» может привести к заострению истероидных черт, к формированию личности, которая занята только собой, озабочена осуществлением лишь своих желаний.

O.K., 32 года, разведен, работает лишь для того, чтобы иметь возможность приобретать «нужную дозу» легких наркотиков. В детстве был окружен обожанием обеспеченной семьи, рос в режиме потворствования, потакания всем его желаниям. Не смог обзавестись друзьями, учиться не хотел. Имел трехлетнюю связь с женщиной, мягкой, покладистой, делающей все, чтобы отучить его от наркотиков. Рождение ребенка, которого он рассматривал как конкурента, лишь ухудшило отношения. После ухода его подруги живет один, друзей нет, к родителям и ребенку равнодушен.

Рыбка–прилипала. Слабая воля, отвращение к длительным усилиям, как физическим, так и интеллектуальным, неумение и нежелание справляться со своими желаниями часто толкают истероида на поиск сильной фигуры, которая облегчила бы его выживание. Как часто рядом с сильными и яркими людьми вьются эти рыбки–прилипалы!

Красотка–жена. Все девушки мечтают хорошо выйти замуж. Циклотимик мечтает со своим избранником исследовать мир и въехать на мотоциклах на Эльбрус, эпи–лептоид ищет того, кто принял бы его диктат. Девушка с шизоидным характером ищет интеллектуального собеседника, ну а астеник готова полюбить любого, лишь бы ей дали возможность изливать на партнера потоки тепла и заботы.

Для женщины–истероида брак — это удачный контракт, выгодная сделка с судьбой. Любовь здесь ни при чем. Зорко оглядывает она окружающих ее мужчин и довольно верно угадывает того, кто согласится возложить на нее корону и взять на себя уход за этим дивным созданием.

Чего ищет она в браке? Хорошую зарплату мужа, возможность не работать, заниматься собой, вести светский образ жизни (не может же она прятать такое сокровище, как она, от людей). Хорошо, если муж любит детей, пусть ими и занимается.

Все женщины могут стать сексуально зависимы. Но у нашей кокетки холодная голова, она асексуальна, хотя умеет отлично сыграть роль женщины, потерявшей голову.

Все женщины могут говорить о любви, но у циклотимика оторвана пуговица и облезлый маникюр, женщина–эпилептоид подавляет своей энергетикой, шизоид — просто чушка и синий чулок, а астеническая женщина слишком подобострастна и понятна.

Зато женщина–истероид всегда ухожена, у нее модная прическа, маникюр, она следит за собой. А как мила, нежна, да и говорит именно то, что хочется услышать. К тому же кокетлива, непредсказуема, обольстительна…

Трепетная лань. Если муж не соглашается с бездельем своей истероидной супруги, происходит таинственная трансформация ее здоровья: появляются головокружения, приступы слабости, обмороки. Все это перемежается с потоками нежных слов и объяснений в любви к мужу. Подобное чередование таинственных припадков и обольщений мужа дает отличный результат. Муж приходит к выводу, что ей лучше сидеть дома.

Женщина–истероид — великая актриса, она непревзойденно проводит игру «У нашей девочки хрупкое здоровье».

Попрыгунья–стрекоза. Беспечность, скольжение по поверхности жизни, избегание глубоких чувств, холодное сердце, неспособность согреть другого человека, отсутствие каких–либо жизненных целей, рефлексия, реагирование на ерунду, внимание лишь к самой себе…

И вот уже прожита жизнь. Зачем? Для чего?

Истероид–иммигрант. Он довольно спокойно расстается со страной, где вырос. Ему сложно адаптироваться в новой жизни, потому что нужно много работать, учиться, уставать, — в общем, делать все то, чего он старается избегать.

Непросто убедить его новых собеседников в его сегодняшней значимости и исключительности, однако это легко сделать в воспоминаниях о прошлом.

И вот уже истероид с его постоянным желанием казаться выше, чем он есть, облачает свой эгоцентризм в волшебную рамку мифа и вымысла. Его ненасытный нарциссизм делает чудо, и из небытия создается сказка о его принадлежности к людям ярким, всем известным, богатым и знаменитым. А если он среди них, то и он что–то значит.

Истероид–преступник. Преступники–истероиды используют свой дар легко завязывать знакомства и приобретать доверие людей, каждый раз оглушая их потоком безудержной фантазии. Это шулера и подделыватели документов, шарлатаны, присваивающие себе чужие звания, аферисты, легко пользующиеся доверием людей, проходимцы, выдающие себя за путешествующих инкогнито великих людей, брачные аферисты.

А.Ф. Кони, бывший обер–прокурором России по уголовным делам, оставил нам коллекцию психологических портретов преступников с разными типами характеров. Он описывает уголовное дело блестящей аферистки и подмечает еще одну мотивацию преступлений людей с данным видом характера — они с трудом переносят состояние развенчанной исключительности.

Возможно, истероидные черты в характере Марка Чеп–мена толкнули его на убийство Джона Леннона. Он всегда подражал Леннону: пробовал играть на гитаре, женился на японке, носил очки при хорошем зрении и т.п. Но его отношение к Леннону, вероятно, не ограничивалось лишь реакцией имитации, и однажды сравнение себя с кумиром привело к осознанию собственного ничтожества по сравнению с блеском Леннона. Подобная ситуации развенчанной исключительности могла оказаться невыносимой и толкнула его на убийство.

Аналогичные мотивы, по–видимому, лежат в основе преступления, описанного А.С. Пушкиным («Моцарт и Сальери»), причем убийцу более всего беспокоит «А что если гений и злодейство несовместимы?»

В США существует особый вид преступлений, на который идут женщины–истероиды, а именно — ложные обвинения в сексуальных домогательствах с предъявлением огромных денежных исков.

Примерный гражданин. Способность отгадывать собеседника и производить на него впечатление, подкрепленная образованием и воспитанной волей, открывает путь во многие профессии, такие как актер, журналист, певец, танцор. Успешные игроки на бирже, люди, преуспевающие в пиаре, огромная армия торговцев, без которых немыслима экономика современного общества, люди, помогающие своим фирмам заключать важнейшие контракты, — многие из этих людей носят черты истероидной личности.

litresp.ru

rumagic.com : ОБЩЕНИЕ : Елена Левенталь : читать онлайн

ОБЩЕНИЕ

Здоровый ребенок. Ребенок–астеник чувствителен к мнению окружающих, нуждается в их поддержке и одобрении в противовес разъедающей его заниженной самооценке. Он с благодарностью принимает положительные отзывы о себе, в то же время не доверяет им ни минуты. Ребенок с истероидными чертами нуждается во внимании окружающих для подкрепления своей завышенной само^ оценки.

Поведение любого ребенка управляется во многом принципом получения наслаждения. Для маленького ци–клотимика высшее наслаждение — быть с друзьями и вместе с ними радоваться жизни. Для эпилептоида принцип наслаждения ассоциируется с ощущением контроля над ситуацией и властью над другим существом. Малыш–шизоид наслаждается уходом в свой причудливый внутренний мир. Маленький астеник видит высшее наслаждение в тепле семейного очага и общении с семьей.

Для ребенка с истероидными чертами высшее наслаждение — быть в центре внимания. Его звездный час — приход гостей, когда он будет читать стихи, петь, танцевать, выслушивая восторги и похвалы. Ему не интересны игрушки, ему нужно живое внимание.

Невротизация. Истероидные черты обрекают ребенка на неизбежные конфликты со сверстниками в любом детском коллективе. Другие дети вовсе не хотят быть послушными зрителями непонятной для них пьесы, они не намерены подпитывать эгоцентризм своего нового приятеля.

Подобное безразличие и равнодушие бесконечно уязвляют истероидного ребенка, привыкшего в семье к аплодисментам и непрерывному потоку внимания.

Поэтому следующим этапом может быть отказ от общения с «грубыми детьми». Может возникнуть также обострение невротических реакций в виде безудержного фантазирования с целью произвести впечатление на своих новых слушателей.

В,К,, 5 лет, не выносит, если родители перестают обращать на него внимание и разговаривают друг с другом. Устраивает истерики, когда мать говорит по телефону или останавливается поговорить с подругой на улице, В игрушки играть не хочет, требует к себе постоянного внимания. Проявляет артистические способности.

ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

Здоровый ребенок. Истероидный ребенок необычайно эмоционален. Он легко приходит в возбуждение, выражает радость, восторг, негодование. Однако выплески его эмоций далеко не спонтанны и всегда имеют своего адресата.

Невротизация.Его чрезмерная эмоциональность соединена с импульсивностью, при которой действие опережает мысль.

Если ребенку–истероиду не удается привлечь к себе благосклонные взоры или родители отказываются удовлетворить его требования, его эмоциональность выливается в аффект, истерики со слезами и криками, топаньем ногами и катанием по полу.

Эта огненная лава обрушивается на головы близких, и горе им, если они мгновенно пойдут на уступки. Истерика превращается в поведенческий шантаж, к которому ребенок будет прибегать каждый раз, когда ему что–то нужно.

Если семья часто пасует перед великим актером и манипулятором и отступает под натиском его истерик, то сверстники реагируют жестко и последовательно — они отторгают истероида от группы.

СКЛОННОСТЬ К ФАНТАЗИЯМ

Здоровый ребенок. Его фантазии всегда имеют эгоцентрическую направленность — желание показать себя в выгодном свете, привлечь внимание и благосклонность окружающих. В силу прирожденной эмпатии такой ребенок верно угадывает настроения окружающих.

Однако следствием является не столько интерес к людям и желание разделить их чувства, сколько потребность снискать похвалу и аплодисменты в этом маленьком театре, где он — единственный актер, а окружающие — зрители, вкусы и настроения которых он всегда верно угадывает.

Невротизация. При невротизации фантазии становятся все более вычурными, ребенок постоянно врет. Все более растет его отрыв от реальности.

КОНЦЕНТРАЦИЯ ВНИМАНИЯ

Здоровый ребенок. У ребенка постоянные проблемы с концентрацией внимания. Если циклотимик имеет эти проблемы в силу своего неуемного интереса к миру, то ис–тероидному ребенку трудно концентрироваться на чем–либо, кроме своей особы. Однако он может сфокусировать свое внимание на том, что обещает ему поощрение и внимание, например выучить роль к приходу гостей.

Невротизация. При невротизации ребенок постоянно ждет аплодисментов, но уже ничего не хочет для этого делать. Он бездельничает, валяется на диване и постоянно требует живого внимания.

ОБУЧЕНИЕ

Истероидный ребенок не любит учиться, ведь сам учебный процесс бьет по слабым сторонам его личности. Он неспособен к длительным усилиям, ему трудно концентрироваться на занятии, которое не приносит немедленного признания и поощрения, трудно фокусировать свои интеллектуальные и ментальные ресурсы на том, что не гарантирует награды в виде восхищения окружающих.

Любые трудности в обучении, например при освоении азбуки, наносят удар по его самолюбию. Подобная ситуация подталкивает его не на преодоление препятствий, а на избегание стрессовой ситуации и отлынивание от обучения чему–либо.

ОТНОШЕНИЕ К ДЕНЬГАМ

Ребенок–истероид воспринимает деньги как форму проявления внимания к себе, любит их копить и старается потратить их на себя.

ОТНОШЕНИЕ К ПОРЯДКУ

Ребенок неаккуратен, не любит убирать, складывать вещи. Однако он необычайно внимателен к своей одежде.

ПОЯВЛЕНИЕ ВТОРОГО РЕБЕНКА

Воспитание ребенка по типу «кумир семьи» приводит к поощрению истероидности в ребенке, что со временем наносит сильный удар по семейным связям.

Дети–истероиды часто могут быть завистливы и ревнивы. На появление второго ребенка в семье они могут реагировать всем своим арсеналом истерических реакций, включая аффекты, припадки, обмороки, уход в болезнь, суициды, побег из дому, употребление наркотиков и алкоголя, лишь бы вернуть к себе, как им кажется, утраченное внимание семьи. Они могут травить, обижать и даже наносить физические увечья появившемуся в семье ребенку.

Саша К., 7 лет, единственный ребенок в семье, окруженный обожанием родителей, двух бабушек и двух дедушек. Воспитание шло по типу «кумир семьи». После рождения второго ребенка постоянно устраивает истерики, грозится уйти из дома. Достал маленького из кровати, вынес его из дома и унес в дальний конец сада — «он нам не нужен».

Дети с истероидным характером не балуют близких своим вниманием. Если маленький астеник наполнен тревогой о родителях, бабушке, дедушке, он всех жалеет и всем хочет помочь, то эгоцентризм ребенка–истероида заслоняет ему понимание потребностей и чувств окружающих.

Если многие дети радуются за мать, когда после развода она находит друга, и даже помогают родителям снова создать семью, то ребенок с истероидным характером провоцирует ссоры между своей матерью и ее избранником, делая все, чтобы они расстались.

rumagic.com


Смотрите также